Историк Александр Назаренко об особенностях контактов Древней Руси и Европы

Зачем княгиня Ольга просила германского короля прислать на Русь епископа? Откуда в русский язык попало название реки Дунай? Что связывало Фридриха Барбароссу и Андрея Боголюбского? Когда на Руси возникла неприязнь к католической Европе? Об этом рассказал доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Александр Назаренко на лекции в Государственном историческом музее, состоявшейся в рамках проекта Министерства культуры РФ и Российского военно-исторического общества «Исторические субботы». «Лента.ру» публикует основные тезисы его выступления.

Тема взаимоотношений Руси и Запада издавна остается весьма острой для нашей духовной истории. Причина — тот путь европеизации России, на который направил ее Петр Великий. Примерно с середины XIX века, анализируя последствия петровских реформ, русские мыслители стали задаваться вопросом о наших цивилизационных корнях и их соотношении с Западной Европой. Византийско-православная закваска Московской Руси, так или иначе унаследованная «петербургской» Россией, всячески сопротивлялась тотальной европеизации. Споры о России и ее взаимоотношениях с «латинским» Западом, не прекращающиеся и по сей день, способствовали выявлению и осмыслению самобытных основ русской государственности и культуры.

Для Московской Руси такие дискуссии вообще не были характерны. Разумеется, в допетровские времена Россия имела контакты с Европой, иногда достаточно тесные, но никогда не воспринимала ее в качестве цивилизационной альтернативы: мы жили рядом, но сами по себе.

Совсем иной была ситуация в Древней Руси. Для Древнерусского государства Европа служила столь же важным политическим, экономическим и культурным партнером, что и Византия. Точкой перелома в восприятии русскими людьми своих западных соседей стал 1204 год, когда европейские крестоносцы захватили Константинополь, и острие крестоносного движения, поначалу обращенное против мусульман, постепенно стало разворачиваться против православия.

Именно с того рокового события началось настоящее культурно-цивилизационное размежевание католического Запада и православного Востока. Но в предшествующие времена торговые, политические и культурные контакты Руси с Западом зачастую даже преобладали над связями с греками. Рассмотрим это на некоторых примерах.

Древняя Русь возникла на перекрестке торговых путей, идущих не только с севера на юг (как всем известный путь «из варяг в греки»), но также и с востока на запад. В IX веке сформировались два очага древнерусской государственности — вокруг Новгорода и Киева. Если мы посмотрим на территорию вокруг Киева (историки именуют ее «Русской землей в узком смысле», в отличие от большой Руси — позднейшего Древнерусского государства в целом), то увидим, что, охватывая Среднее Поднепровье, она имела также длинный «язык», вытянутый к западу, вплоть до верховьев Западного Буга, вдоль древнего торгового пути в Европу.

Интересно, что подобная вытянутая в широтном направлении конфигурация была свойственна и для Великоморавской державы IX века, и позднее для Чешского государства второй половины Х века, которые простирались от Праги через Краков до тех же верховьев Западного Буга на востоке. Именно здесь, на современном польско-украинском пограничье, располагался экономически развитый регион, известный в наших летописях как Червенские города. Он стал предметом длительной борьбы Руси сначала с Древнечешским, а потом с Древнепольским государствами, пока в 1030-х годах не закрепился окончательно за Русью. Это говорит о стратегической важности Червенских городов, так же как и торгового пути, связывавшего Среднее Поднепровье со Средним Подунавьем.

О том, что этот торговый путь из Киева через Червенские города, а далее — через Краков и Прагу, вел именно в Среднее Подунавье, прямо свидетельствует Раффельштеттенский таможенный устав, изданный в начале X века восточнофранкским королем Людовиком IV, но отражавший ситуацию на полвека более раннюю. В документе упоминаются купцы народа «ругов» (обычное для средневековых латинских источников название Руси), которые приходят на Дунай, в Восточную Баварию, вместе с чешскими, то есть из Праги. Интересно, что русские торговцы принесли с собой собственный денежно-весовой счет, элементы которого закрепились на востоке Баварии.

О контактах Древней Руси с Европой через Среднее Подунавье говорят и данные исторической гидронимики — науки, изучающей происхождение названий рек, озер и других водных объектов. Ведь русское название реки Дунай совпадает с чешским Dunaj, а не с болгарским Дунав. Следовательно, русские люди впервые познакомились с Дунаем не в его нижнем течении, на пути «из варяг в греки», а в среднем.

Широтный торговый маршрут из Киева через Червенские города и далее к северу от Карпат, через Прагу к немецким землям по Среднему Дунаю существовал издревле, восходя, вероятно, еще к коммуникациям внутри ареала славянской культуры VI–VIII веков, которую археологи условно называют «культурой пражско-корчакской керамики». Действительно, этот ареал тянулся довольно узкой полосой от территории современной Чехии к северу от Карпат и к югу от Припяти до Среднего Поднепровья в районе Киева. Этот маршрут, наряду с путем «из варяг в греки», послужил своего рода коммуникативным скелетом, вдоль которого со временем нарастала «плоть» государственной территории Древней Руси.

В Средние века политические контакты почти всегда сопровождались династическими, и большинство политических союзов скреплялось браками. Хотя Древняя Русь относилась к византийскому культурному ареалу, количество брачных союзов между русскими княжеским домом и представителями династий, правивших в Константинополе, было намного меньше, чем с западными соседями. Политические интересы древнерусских князей оказываются сосредоточены преимущественно на Западе. Интересно, что уже самое раннее свидетельство о политических связях Руси и Запада рисуют Запад как своего рода политический противовес Византии в дипломатии киевских князей.

Читайте также:  Срок сдачи декларации после закрытия ип

Известно, что, приняв крещение в 957 году в Константинополе, княгиня Ольга потерпела неудачу в политических переговорах с императором Константином VII Багрянородным. В ответ она отправила посольство к германскому королю Оттону I Великому с просьбой прислать в Киев епископа и священников. Вряд ли княгиня всерьез собиралась крестить Русь по латинскому образцу, скорее она стремилась оказать таким образом давление на Константинополь. Об этом говорит и безуспешность миссии немецкого епископа Адальберта в Киеве в 961 году.

Династические браки с представителями правящих домов Европы использовались в Древней Руси как во внешней политике, так и во внутриполитической борьбе. Так, после смерти в 1015 году крестителя Руси Владимира Святого между его сыновьями Святополком Окаянным и Ярославом Мудрым началась междоусобная война.

Святополк был женат на дочери польского князя Болеслава Храброго, и потому Ярослав, захватив в первый раз Киев в 1016 году и прогнав Святополка в Польшу, заключил союз с германским императором Генрихом II, поскольку ему надо было нейтрализовать польского союзника Святополка. Но в конце 1017 года состоялся польско-немецкий мир, а в следующем 1018 году польское войско во главе с Болеславом и Святополком вытеснило Ярослава из Киева. Ответом Ярослава стал союз со Швецией и Данией: в 1019 году он женился вторым браком на дочери шведского короля Олафа I Ингигерд (на Руси ее звали Ириной), а своего старшего сына Илью женил на сестре датского короля Кнута Могучего. В результате Ярослав в том же 1019 году окончательно овладевает Киевом.

Впоследствии все три дочери Ярослава и Ингигерд-Ирины были выданы замуж за европейских монархов: Елизавета — за норвежского короля Харальда Сурового, Анастасия (имя известно предположительно) — за венгерского короля Андрея I, Анна — за французского короля Генриха I. Столь же выразительны и браки сыновей Ярослава Мудрого: Изяслав Ярославич был женат на Гертруде, сестре польского князя Казимира I, а его брат и соперник в борьбе за киевское княжение Святослав Ярославич — на дочери одного из восточносаксонских маркграфов Оде (она приходилась также двоюродной племянницей германскому императору Генриху IV). Ее изображение с маленьким сыном Ярославом есть на парадной миниатюре известного «Изборника» Святослава 1073 года (одной из древнейших русских книг), на которой представлено все семейство князя, а впоследствии Ярославу суждено было стать родоначальником муромо-рязанской ветви русских князей.

Несомненно, целью женитьбы Святослава было противопоставить своих немецких союзников польским сторонникам Изяслава. Последний не остался в долгу и через год женил своего сына Ярополка на дочери другого саксонского маркграфа — Кунигунде. Прекрасные миниатюры киевской работы с изображениями Ярополка и Кунигунды (на Руси принявшей имя Ирина) сохранились в латинском молитвеннике польки Гертруды, матери Ярополка.

Конечно, византийское культурное влияние на Древнюю Русь было несоизмеримо более мощным и многосторонним, чем западное, но и контакты наших предков с Европой также оставили свои отчетливые следы. Например, институт церковной десятины, полностью отсутствовавший в Византии, был заимствован Владимиром Святым из практики западной церкви. Благодаря многочисленным родственным связям князей на Русь из Европы попадало множество культурных артефактов — среди них уже упомянутый молитвенник Гертруды, жены Изяслава Ярославича.

Ярким примером культурного взаимодействия с Западом является архитектурная пластика (белокаменные резные украшения) владимиро-суздальских храмов второй половины XII века, времен Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо. Например, львы и грифоны на резных рельефах храма Покрова на Нерли очень похожи на подобные элементы декора из европейских романских церквей XI-XII веков — скажем, из Шпайерского собора (Средний Рейн) или монастыря Виндберг в Северной Баварии. В свете этих фактов выглядят вполне правдоподобными поздние сведения о том, что во Владимиро-Суздальской земле тогда работали мастера, присланные германским императором Фридрихом I Барбароссой.

С Фридрихом Барбароссой связано еще одно уникальное произведение искусства — наплечники Андрея Боголюбского, которые, по преданию, были подарены ему германским императором. Они покрыты драгоценной эмалью работы лотарингских ювелиров с латинскими надписями. В начале 1930-х годов драгоценные реликвии разделили судьбу многих других музейных ценностей России и были проданы на Запад; теперь один из них хранится в Лувре, а другой — в Германском национальном музее в Нюрнберге.

Последний пример касается контактов в области фольклора. В средневековом немецком и французском эпосе Русь упоминается нередко — обычно как страна, откуда приходят многочисленные войска на подмогу тому или иному эпическому герою. В знаменитой «Песне о нибелунгах», написанной в самом начале XIII века, встречается даже «русский король Илья», которого есть все основания соотнести с былинным Ильей Муромцем. Таким образом, данные немецкого эпоса, имеющие точную хронологическую привязку, помогают установить, что русские былины «Владимирова цикла» начинают складываться действительно вскоре после эпохи самого Владимира Святого.

Но и на Руси были неплохо знакомы c германскими эпическими сказаниями. В составе Новгородской первой летописи сохранилась «Повесть о взятии Царьграда фрягами», в которой рассказывается о захвате крестоносцами во главе с венецианцами («фрягами») Константинополя в 1204 году. Чтобы пояснить североитальянское происхождение одного из предводителей «фрягов», летописец делает замечательную ремарку: «в граде Берне (то есть Вероне), иде же бе жил поганый, злый Дедрик». Это значит, что новгородский автор не только знал немецкое сказание о «Дедрике»-Дитрихе Бернском (то есть короле остготов Теодорихе Великом), но и предполагал знакомство с ним у своих потенциальных читателей.

Читайте также:  Как получить временный паспорт при утере

В третьем томе «Истории Российской» Василий Татищев рассказывает о строительстве при Андрее Боголюбском Успенского собора во Владимире: «По снисканию бо его [Андрея Боголюбского] даде ему Бог мастеров для строения оного из умных земель, которые строили и украсили ее [соборную церковь] паче всех церквей… По оставшему во Владимире строению, а паче по вратам градским видимо, что архитект достаточный был. Онаго древняго строения мало осталось, и починка новая весьма отменилась. Церковь же, конечно, должна бы преимуществовать. Но как оная после некаким простым каменщиком перестроивана, то ныне уже никоего знака науки архитектурной в ней не видно. Мастеры же присланы были от императора Фридерика Перваго, с которым Андрей в дружбе был, как ниже явится. Цесарь был Фридерик Барбаросса, по нем его сын Генрик IV. Сий же упоминает послов от цесаря и архитекты присланные, чем дружбу сию утверждает».

Успенский собор во Владимире

Увы, репутация Татищева среди историков небезупречна. Многие приводимые им данные основываются на несохранившихся летописях или на других неизвестных нам источниках и весьма ненадежны. Современные ученые справедливо относятся к таким «известиям Татищева» скептически. Поэтому и известие о работе на Руси XIII века западноевропейских зодчих, присланных императором Фридрихом Барбароссой, долго оставалась бездоказательным предположением. Да тут еще и Татищев допустил досадную ошибку: сыном Фридриха I Барбароссы был не Генрих IV, а Генрих VI.

Хорошо известны были итальянские архитекторы, работавшие на Руси в последней трети XV – начале XVI века: Аристотель Фиорованти, Алевиз Фрязин, Петрок Малый, Пьетро Антонио Солари, Марко Руффо и другие. Но здесь же речь идет о постройках, воздвигнутых тремя столетиями раньше.

Однако историки древнерусской архитектуры не могли не видеть явного влияния романского стиля в Успенском соборе Владимира, в других зданиях эпохи Андрея Боголюбского. В книге Николая Воронина «Зодчество Северо-Восточной Руси XII – XIV веков» об этом говорится: «Они [романские элементы] проявляются ли в декоративных деталях и приемах. Таковы, например, пилястры с полуколоннами, аттический профиль цоколей и баз с угловыми рогами – грифами, перспективные порталы, тройное окно боголюбовской лестничной башни, аркатурно-колончатые пояса, в которых (в Успенском соборе) применяется чисто романская Würfelkapitell. Западное происхождение этих деталей очевидно. Едва ли они могли попасть во Владимир в виде каких-либо «образцов». Гораздо естественнее предположить, что эти незнакомые русскому зодчеству детали были принесены в творчестве живых людей – нескольких пришлых мастеров».

Würfelkapitell. Штайнфельд, Бавария. Характерная черта — квадратное сечение в верхней части капитель.

Капители с квадратным сечением верхней части в колончатом поясе Успенского собора

Воронин находил сходство архитектуры резиденции князя Андрея в Боголюбове с замками средней Германии времен Барбароссы: Хагенау, Трифельзом, Вимпфеном, Гельнхаузеном, Эгером, Вартбургом. Особенно четко прослеживается параллель в планировке Боголюбова с дворцом Госларе, построенным в 1082 году и реконструированным при Барбароссе. Дворец был двухэтажным, связанным переходом с расположенной к югу дворцовой капеллой святого Ульриха, к северо-западу стояла церковь Богородицы, связанная переходом и с дворцом, и со стеной замка. Рядом с переходом к капелле у дворцового торца была построена особая лестничная башенка для непосредственного входа на второй этаж.

Современный вид императорского дворца в Госларе со стороны капеллы св. Ульриха

Другие исследователи находили явное сходство в декоре Успенского собора во Владимире с декором соборов XII века в Италии и Германии (Модена, Павия, Комо, Шпейер, Майнц, Вормс). По предположению Сергея Заграевского, присланный императором архитектор (или архитекторы) прибыл во Владимирское княжество в 1157 году, чтобы начать работу над Успенским собор, заложенным 8 апреля 1158 года. Следовательно, посольство к Фридриху Барбароссе, которое доставило архитектора, было отправлено еще Юрием Долгоруким (умершим в мае 1157 года). Закончилась его деятельность, видимо, в 1162 – 1164 годах, когда Андрей Боголюбский начал ряд войн, продлившихся десятилетие, до смерти князя.

Фасад храма Сан-Микеле-Маджоре в Павии (строительство закончено в 1155 году).

Так что, благодаря работам историков архитектуры, гипотеза об иноземных архитекторах Владимирского княжества в XII веке никогда не отбрасывалась окончательно. Находились лаконичные свидетельства в ее пользу и в письменных источниках. Известно, например, что в 1167 году Русь посетило посольство римского папы Александра III. В рассказе Лаврентьевской летописи о сооружении Успенского собора есть слова «приведе ему [Андрею] Бог из всех земель все мастеры и украси ю паче инех церквии». Когда же летописец повествует о младшем брате Андрея Боголюбского – Всеволоде Большое Гнездо – то противопоставляет его Андрею, говоря «иже не ища мастеров от немець» (при строительстве Дмитровского собора во Владимире).

Недавно новое свидетельство работы европейских архитекторов при дворе Андрея Боголюбского добыли археологи. В конце апреля Институт археологии РАН сообщил, что экспедиция под руководством Владимира Седова, работавшая в княжеской резиденции в Боголюбове, обнаружила романский портал храма XII века.

Сейчас от того Боголюбова, каким оно было при князе Андрее, сохранилась лишь Лестничная башня, в которой он был убит в 1174 . На месте резиденции находятся более поздние постройки Боголюбского монастыря

Храм Рождества Богородицы и Лестничная башня

Раскопки проводились у стен собора Рождества Богородицы, выстроенного в XVIII веке и соединенного с Лестничной башней. Прежний храм, построенный при Андрее Боголюбском, рухнул в 1722 году при неудачной попытке ремонта. Собор XVIII века был возведен прямо на фундаменте старого, поэтому раскопки позволили увидеть работу зодчих XII века. «Мы нашли северный портал храма, совершенно замечательное творение, украшенное белокаменной резьбой, романского архитектурного стиля, базы колонн рядом с ним, — рассказывает Владимир Седов. — Это романский стиль, работа мастеров из Западной Европы, вероятно, из Италии».

Читайте также:  Контрафактная продукция в рф статья pdf

Портал XII века, обнаруженный археологами

Наконец, можно вспомнить еще один материальный объект, который предположительно был свидетелем взаимоотношений Андрея Боголюбского и Фридриха Барбароссы. В 1930-е годы советское правительство, чтобы раздобыть валюту, продало за границу немало древних ценностей. Среди них были два позолоченных медных наплечника, украшенных эмалевыми миниатюрами. На одном из них изображена сцена распятия Христа, на втором – воскресения. Сейчас первый из них хранится в Германском национальном музее в Нюрнберге, а второй – в Лувре.

Наплечник «Распятие Христово»

Исследователи полагают, что наплечники были изготовлены мастерами из Лотарингии приблизительно в 1070 году. Один из них хранился в ризнице Успенского собора во Владимире как минимум с XVII веке, второй был обнаружен в одном из монастырей Владимирской губернии в XIX веке. Традиция связывает эти наплечники с именем Андрея Боголюбского и не так уж невероятно предположение, что попали они к князю в качестве подарка от Фридриха.

Τα πεσόντα φύλλα

Заметки на стыке истории, генеалогии, филологии и антропологии

"План Барбаросса" — в России и на Святой Земле

.
Что сообщают нам о "Плане Барбаросса" советские источники?

Но откуда же такое странное название? У советских историков версий нет. Ну а раз с происхождением названия плана дело для историков темное (кроме того очевидного, что он назван в честь Фридриха I), то выскажу-ка я тут свою точку зрения, по возможности подкрепляя каждый тезис ссылками на доступные источники)

Германскому фюреру в Вене были преподнесены регалии императоров СРИ. Выступая 15 марта 1938 года в венском дворце Хофбург перед людьми, собравшимися на площади Хельденплац, последний канцлер Первой Республики Зейсс-Инкварт провозгласил вождя немецкого народа "протектором короны". Т.е. фактически исполняющим обязанности императора Священной Римской Империи, которой Австрия после демонтажа СРИ в ходе наполеоновских войн юридически преемствовала . Третий Рейх после аншлюса Австрии рассматривал себя как правопреемника Священной Римской Империи германской нации (Sacrum Imperium Romanum Nationis Germanicae) что видно даже по памятной медали, посвященной событию.

Австрийские и немецкие солдаты на весеннем параде в его честь в Вене выносят знамя Sacrum Imperium Romanum Nationis Germanicae. Такие вещи не делаются "просто так". Итак, вождь Германии, так или иначе, считал себя преемником императоров СРИ, отсюда, вероятно, и имя исторического императора СРИ в названии плана.

Но вот дальше все намного интереснее. Начальник генштаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Гальдер во время войны вел дневник, куда записывал подробно и тщательно каждодневные события: большие и малые. На странице “30 марта 1941 года (воскресенье)” записано: ”11.00 заседание у фюрера”. Далее Гальдер конспективно записывает речь Гитлера: “. Уничтожающий приговор коммунизму не означает социального преступления. Огромная опасность коммунизма для будущего. Мы должны исходить из принципа солдатского товарищества. Коммунист никогда не был и не станет нашим товарищем. Речь идет о борьбе на уничтожение. Если мы не будем так смотреть, то через 30 лет, пусть даже мы победим, коммунизм снова возродится"

Что же мы слышим в этих словах? Не напоминают ли бескомромиссные речи германского рейсхканцлера, направленные против современных ему богоборцев, речи против врагов Божиих на Святой Земле исторического Фридриха Барбароссы, героя всего христианского мира, участника крестовых походов?

Но как же он связан с Россией?

Штука в том, что на территории России с 12 века долго хранилась ценнейшая немецкая реликвия императоров Священной Римской Империи.

В России она называлась "Наплечники Андрея Боголюбского" ок. 1170–1180-х гг.
Золоченая медь, выемчатая эмаль, перегородчатая эмаль. 11,8×14,7 см

Дружба князя Андрея Боголюбского с императором Фридрихом Барбароссой имела место в домонгольский период и очевидно основывалась на фундаменте средневековой рыцарской христианской взаимопомощи. Андрей Боголюбский согласно его старообрядческому житию наведывался в Иерусалим и даже жил там "многая леты". В одном из них, рукописном, старой вязью про Святого князя написано, что он "многая леты в Святая Земли Иерушаломе Граде бываху у Святаго Гроба в посте и молитве, служа присно дево Марии Богородице вравду и бескорысти, премногыя мурости наповняхусь, яко бе Шоломон царь, во храме его Святая Святых пребывахом, яко и отень его Гюргий"

На Святой Земле в те годы процветало Иерусалимское Королевство, построенное, укрепленное и охраняемое крестоносцами — Regnum Hierosolimitanum.

Более того, с Андреем Боголюбским связывают начало "русской романики".

Что же мы имеем в итоге? Личную и теплую дружбу Андрея Боголюбского с Фридрихом Барбароссой, идентичную внутреннюю и внешнюю политику, родственную близость обоих друг к другу. И подаренные русскому князю священные регалии императоров СРИ. И еще мы имеем фюрера всех немцев 20-ого века, который, получив в Вене регалии императоров СРИ, назвал план освобождения России от богоборцев именем Фридриха, германского императора, освободителя от Божиих врагов Святой Земли, ближайшего друга русского князя.

На этом месте красноречиво умолкаю)
Всем доброго дня.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *